«Вышибалы», «Съедобное — несъедобное» и другие игры, ради которых выносили во двор один мяч

Один мяч собирал компанию быстрее долгих договорённостей

Его выносили под мышкой, клали на землю, несколько раз проверяли отскок. Дальше всё зависело от того, сколько людей собралось и что сейчас хочется: бегать, ловить, стоять в кругу или просто перекидываться и смеяться над неудачными ответами.

Дворовой мяч не принадлежал одной игре. После «Вышибал» им могли стучать об стену, затем сесть на лавку и начать «Съедобное — несъедобное». Менялись правила и расстояния, а сам предмет оставался тем же.

«Вышибалы»: края площадки и середина

Двое располагаются по разные стороны, остальные — между ними. Крайние перебрасывают мяч и стараются попасть в тех, кто находится в центре. Участники внутри уходят от броска или, если правила позволяют и момент подходящий, пытаются поймать мяч.

Расстояние подбирали под компанию и площадку. Детская игра не требовала спортивного стандарта в метрах. Гораздо существеннее, чтобы всем было понятно, где границы и какое касание считается попаданием: прямое, после земли или по местным особым условиям.

«Свечка» меняла положение дел

Пойманный с лёта мяч мог давать дополнительную жизнь или возвращать выбывшего участника. Варианты отличались: именно это правило часто приходилось выяснять до начала. Не всякий пойманный отскок считался тем же самым, что чистая ловля.

Риск был понятен без долгих объяснений. Увернёшься — останешься в игре. Попытаешься поймать и уронишь — можешь выйти. Поэтому один и тот же бросок одному казался прекрасной возможностью, другому — поводом отскочить подальше.

Играть можно было не только летом

Первомайский сельский клуб Вагайского района опубликовал фотографии «Вышибал» на снегу в декабре 2021 года. Это современная игра, не архив 90-х. Но на снимках хорошо видно расположение участников и то, как обыкновенная площадка возле домов становится местом для общего занятия.

Для сегодняшнего повторения подходят мягкий мяч, свободная нескользкая площадка и договорённость не целиться в голову. Необязательно воспроизводить вместе с игрой все рискованные привычки старой компании.

«Съедобное — несъедобное»: руки спешили раньше мысли

Ведущий бросает мяч и называет предмет. Если съедобное — нужно поймать, если нет — отбить или не ловить, как условились. После нескольких понятных слов руки начинают работать автоматически. Тут и возникает смешная ошибка: ладони уже приняли мяч на слове, которое совершенно не хотелось бы есть.

Главным был не богатый словарь ведущего, а темп. Быстрый переход от яблока к сапогу сбивал сильнее длинной хитрой формулировки. А спорные названия могли внезапно остановить игру: предмет назван как еда или как вещь, из которой её ещё только приготовят?

Ярославский музей-заповедник включает эту игру в свою подборку летних развлечений. Общий принцип прост: слуховой ответ превращается в движение рук. Конкретное наказание за ошибку могло быть своим — от смены ведущего до перехода на другое место.

«Я знаю пять имён» требовало удерживать два ритма

Мяч отбивали от земли и одновременно перечисляли пять слов выбранной группы: имена, города, животных. Нужно было и не потерять отскок, и вовремя вспомнить следующий ответ. Пока смотрел на мяч, слово почему-то исчезало из головы; пока искал слово, ладонь уже промахивалась.

Правила повторов и порядок тем договаривали заранее. Удовольствие было в соединении простых задач, которые вместе оказывались не такими простыми. Пять знакомых имён без мяча назвать легко. С мячом и зрителями пауза вдруг становилась заметнее.

Стена позволяла продолжать без большой компании

Мяч можно бросать об стену, ловить после отскока, пропускать под ногой, успевать хлопнуть в ладоши. Из отдельных действий складывали последовательности. Сколько раз повторять и какое движение идёт следующим, определяла выбранная игра.

Для этого нужна подходящая глухая стена без окон, людей и чужих вещей на пути. У хорошего отскока быстро появлялся узнаваемый звук. Его было слышно ещё до того, как из-за угла становилось видно самого игрока.

Иногда вечер заканчивался без окончательного победителя. Мяч уже забирали домой, кто-нибудь напоминал, что в следующей игре он начинает первым. А на ладонях ещё оставалось ощущение упругой резины после последнего пойманного броска.