«Весёлые картинки»: Карандаш, Самоделкин и задания, над которыми сидели всей семьёй

Журнал, который можно было читать ещё до чтения

«Весёлые картинки» удавалось рассматривать, даже если буквы пока давались с трудом. Неловкое падение, смешная поза, невозможная машина — многое объяснял сам рисунок. А рядом сидел взрослый и читал короткую подпись, без которой шутка вдруг становилась ещё лучше.

В семье могли лежать номера разных лет. Поэтому детство 90-х не обязательно означает только обложки, напечатанные после 1990 года: журнал постарше вполне мог оказаться под рукой. Среди показанных здесь примеров есть и ранние выпуски, и номера 1996–1997 годов. Даты указаны отдельно, чтобы не смешивать их в одно выдуманное издание.

От карикатуры к детской компании

«Весёлые картинки» начались в 1956 году. Идея принадлежала художнику-карикатуристу Ивану Семёнову, первому главному редактору. Опыт короткого смешного рисунка оказался очень подходящим для детского журнала: ситуацию надо было сделать понятной быстро, без длинного вступления.

Ранний горизонтальный формат действительно напоминал альбом. На такой странице удобно разместить широкую сцену или цепочку событий. Позднее внешний вид менялся; узнаваемость держалась не на одной-единственной форме книжки.

Кто входил в Клуб весёлых человечков

Карандаш и Самоделкин соседствовали с Петрушкой, Буратино, Незнайкой, Чиполлино, Дюймовочкой и Гурвинеком. Восемь персонажей собрались из разных историй и традиций. Это было частью затеи: одна компания позволяла встретить героев, которых ребёнок уже мог знать по книгам или спектаклям.

Карандаш с носом-карандашом особенно подходил журналу о рисунках: его собственная внешность была художественным инструментом. Самоделкин выглядел существом из деталей — сразу понятно, что рядом с ним найдётся место придумкам и мастерству. Петрушка приносил интонацию балаганной шутки, а знакомые книжные герои делали компанию своей.

Не стоит считать весь клуб персонажами одного писателя. Например, Незнайка и Чиполлино пришли из разных авторских миров. Журнал соединял их в общей игровой среде, а не переписывал происхождение каждого.

Название, которое само стало рисунком

Самый узнаваемый логотип «Весёлых картинок» придумал художник Виктор Пивоваров: буквы сложены из персонажей. Заголовок не просто сообщал название, а сразу предлагал рассматривать. Сначала видишь слово, потом замечаешь внутри маленькие фигуры.

Это почти идеальное решение для журнала, который многие узнавали раньше, чем могли свободно прочитать. На обложке работали одновременно очертание слова, цвет и персонажи. По одной знакомой букве можно было догадаться, что за книжку достали из сумки.

Картинка могла требовать ответа

Задание на наблюдательность отличается от обычной иллюстрации. Оно заставляет возвращаться к одному изображению: пересчитать предметы, сопоставить две сцены, заметить несоответствие. Взрослый мог увидеть решение быстро, а ребёнку требовалось время — и как раз его не хотелось лишаться из-за поспешной подсказки.

Иногда рисованная нелепость была не загадкой с правильным ответом, а самостоятельной шуткой. У зверя оказывалась невозможная длина, предмет вёл себя как живой, буквальное значение слова сталкивалось с переносным. Такой юмор просил не только назвать предмет, но и понять, что именно художник изменил.

Почему рисунки не были одинаковыми

Журнал давал место разным художникам. У одного — точная смешная фигура, у другого — плотный узор, у третьего — неожиданная фантазия. Маленький читатель не обязан был знать фамилии, чтобы заметить разницу и выбрать любимую страницу.

Даже знакомая сказка могла получить необычное оформление. На рисунке Валерия Дмитрюка к «Курочке Рябе» буквы и изображение соединяются в одно декоративное пространство. Взгляд идёт не только по строкам, но и по самой странице.

При этом фамилия известного художника не делала каждую страницу музейной задачей. В детстве она могла быть просто той самой картинкой, на которой смешно нарисовали быка или странно изогнули буквы. Сначала возникало удовольствие смотреть — и уже потом, спустя годы, интерес узнать, кто это придумал.