Юрий Никулин: путь от фронтовика до артиста, который дарил людям смех

Знакомое лицо, за которым стояла долгая работа

Никулина легко представить сразу в нескольких образах: нелепый Балбес рядом с Бывалым и Трусом, Семён Семёнович Горбунков с загипсованной рукой, клоун на манеже. У каждого зрителя свой первый Никулин. Кто-то узнал его по телевизионным комедиям, кто-то увидел в цирке.

Но путь к этим встречам начался задолго до кино. После школы, в 1939 году, Юрия Никулина призвали в армию. Он участвовал в Советско-финляндской и Великой Отечественной войнах, служил в зенитной артиллерии. Демобилизовался в 1946-м. Несколько лет, которые могли стать началом обычной взрослой жизни, прошли на военной службе.

Не стоит придумывать прямое объяснение каждой будущей роли через пережитую войну. Достоверно другое: человек, которого зрители запомнили смешным и доброжелательным, хорошо знал совсем другую сторону жизни.

Цирк стал профессией

Вернувшись, Никулин пробовал поступать в актёрские учебные заведения. В итоге выбрал студию при Московском цирке на Цветном бульваре. Историю этих поисков приводит музейный фонд его имени; она не сводится к мгновенному открытию собственного призвания.

В студии нужно было учиться: работать с телом и голосом, осваивать цирковые навыки, понимать устройство номера. Важной стала работа с Михаилом Румянцевым — Карандашом. Никулин участвовал в его выступлениях и гастролях, наблюдал, как опытный артист обращается с паузой, предметом и реакцией публики.

Зрителю удачный номер кажется лёгким. На деле даже маленькое опоздание с движением меняет смысл шутки. Эта разница между видимой простотой и подготовкой многое объясняет в профессии клоуна.

Два человека в одном номере

С конца 1940-х рядом с Никулиным работал Михаил Шуйдин. Их дуэт строился на различии сценических характеров и точном взаимодействии. Один поступок вызывал другой, недоразумение разрасталось, знакомая вещь неожиданно начинала вести себя не так, как ожидалось.

Цирковую репризу удобно сравнить с коротким рассказом без лишних объяснений. Есть ситуация, ожидание и поворот. Если зритель не понял исходное действие, следующая шутка может не сработать. Поэтому партнёрам важно слышать и видеть друг друга.

Шуйдин тоже прошёл войну. Но на манеже они встречались со зрителем через сценические образы, подготовленные номера и совместное мастерство. Их профессия требовала не только личного обаяния, но и надёжности партнёра.

В кино он умел быть разным

У Гайдая Никулин оказался частью знаменитой троицы и сыграл Горбункова в «Бриллиантовой руке». В этой роли смешное возникает не только из происшествий, но и из реакции обычного человека на совершенно необычную ситуацию. Герой не становится ловким авантюристом — и именно поэтому за ним интересно следить.

Рядом с комедиями были «Когда деревья были большими», «Они сражались за Родину», «Двадцать дней без войны». Эти фильмы позволяют увидеть, насколько тесным было бы определение «только комический актёр».

Для знакомства с его диапазоном достаточно посмотреть одну комедийную и одну драматическую работу. Меняется обстоятельство, ритм, выражение лица — а внимание к человеку остаётся ощутимым. Пауза и взгляд оказываются не менее выразительными, чем большая реплика.

Манеж оставался важной частью жизни

Кино не вытеснило цирк из его биографии. Никулин продолжал выступать, а позднее возглавил цирк на Цветном бульваре. Сценическая работа сменилась ещё и ответственностью за театр представления: артистов, программу, здание и встречу публики.

Сохранившиеся фотографии показывают разные стороны этой профессии. На одной — узнаваемая клоунская фигура, на другой — партнёры, на третьей — выступление перед большим залом. За коротким зрительским вечером стоит целая организация.

Почему к этим ролям возвращаются

У Никулина смешной человек мог быть растерянным, неловким, упрямым и при этом оставаться близким зрителю. Для шутки не всегда требовалось сделать героя победителем: иногда достаточно было точно показать его попытку разобраться.

Поэтому знакомая сцена работает и тогда, когда сюжет давно известен. Мы уже знаем, что произойдёт, но всё равно смотрим, как он остановится, повернётся или подождёт секунду перед ответом. В этой маленькой сценической точности и живёт большая часть удовольствия от встречи с артистом.