Quake и Quake II: мрачные миры, настоящее 3D и сражения по локальной сети

Мир, в котором хотелось смотреть не только прямо

Каменные стены, низкие проходы, вода и противник на другой высоте. Quake по-новому показывал пространство: его хотелось рассматривать, поворачивать камеру, замечать выступы и искать путь не только по горизонтали. На домашнем компьютере середины 90-х такое изменение ощущалось гораздо сильнее, чем разница между двумя красивыми заставками.

Первый Quake вышел в 1996 году, Quake II — в 1997-м. Обе игры сделала id Software, но вторая не продолжает буквально тот же мрачный поход первого героя. У неё другой мир и конфликт. Поэтому удобно вспоминать их вместе как два важных этапа ПК-игр, сохраняя разницу между ними.

Что изменилось по сравнению с DOOM

В DOOM многие существа отображались подготовленными плоскими картинками для разных ракурсов. Quake использовал полигональные модели противников и более свободное трёхмерное устройство пространства. Компьютер рассчитывал форму, которую можно увидеть под разными углами, а не только выбирал подходящий готовый рисунок.

Это не означает, что из игры исчезли любые плоские изображения. Меню, панели и отдельные эффекты продолжали использовать свои способы отображения. Главное изменение касалось устройства игрового мира и значимых объектов в нём. «Настоящее 3D» полезно понимать через это различие, а не как обещание, что абсолютно каждый пиксель появился одинаковым способом.

Вертикаль стала заметнее и в действиях. Противник мог находиться выше или ниже, прыжок помогал взаимодействовать с геометрией, вода меняла ощущение положения героя. Смотреть вперёд уже не означало видеть всё важное вокруг.

Первый Quake: базы, порталы и камень

Первый Quake смешивал военные и фантастические мотивы с тяжёлыми каменными пространствами и мрачными существами. Это не только средневековый замок и не только будущая космическая база. Переходы между мирами позволяли игре менять окружение, сохраняя общий тревожный характер.

Многое работало через ритм: короткая пауза, шум в стороне, внезапная встреча. Серо-коричневые поверхности помогали запомнить отдельные детали — необычную дверь, факел или место, где приходилось нырнуть. В темноте даже небольшая перемена освещения становилась заметной.

Секреты и особенности столкновений давали повод узнавать уровень лучше. Нельзя было свести всё прохождение к движению вперёд с одинаковым действием в каждой комнате. Даже похожие участки могли потребовать разных решений.

Quake II: машины, промышленность и строгги

Quake II отправлял героя в индустриальный мир строггов — противников, в которых биологическое соединялось с механическим. Металл, оборудование и сооружения задавали другой тон. Сам номер в названии не означал, что перед вами следующая глава той же истории о порталах и готических мирах.

Задания связывались с объектами этого мира. Проходы, охраняемые участки и большие механизмы становились частью маршрута, а не просто фоном для серии выстрелов. Узнать, что требуется сделать и куда ведёт переход, по-прежнему было важно.

Вторая игра хорошо показывает, как сходное действие может ощущаться иначе через окружение, звук и характер противников. Quake и Quake II узнаваемы, но не взаимозаменяемы.

Программная графика и ускоритель — разные способы

Первый Quake мог рассчитывать изображение программно на процессоре. Затем появились варианты с аппаратным ускорением, включая GLQuake. Новая видеокарта и подходящая версия программы меняли способ работы графики; наличие слова Quake на диске ещё не означало одинакового изображения у всех.

Частота кадров зависела от разрешения, процессора, памяти, видеоподсистемы и конкретного способа отображения. Нельзя честно сказать, что любой старый компьютер был ровно во столько-то раз слабее нынешнего по одному числу. Но практический компромисс хорошо понятен: больше пикселей и сложнее изображение — больше работы для машины.

Снижение разрешения могло помочь получить более быстрый отклик. Для сетевого матча это имело смысл: вовремя заметить действие иногда важнее, чем рассмотреть тонкий край текстуры.

По локальной сети знакомая карта становилась ареной

Соединение компьютеров позволяло играть рядом с другими людьми. LAN означает локальную сеть, а не обязательно доступ в интернет. Когда машины могли обмениваться данными между собой, встреча на карте становилась общей задачей: один игрок создаёт игру, другие к ней присоединяются в предусмотренном режиме.

Deathmatch отличался от совместного прохождения. В нём знание карты работало против другого человека: где появляется оружие, как быстро пройти к запасу, откуда может выйти соперник. Уровень превращался из маршрута в систему удобных позиций и связей.

Воспоминания о клубах легко смешивают Quake, Quake II и вышедшую позже Quake III Arena. Последняя — отдельная игра с собственным акцентом на аренах. Не каждую сетевую сцену конца 90-х нужно подписывать одним названием.

Звуки помогали читать ситуацию

Игроку важно было замечать не только то, что перед глазами. Шаг, выстрел или характерный звук в стороне подсказывали, что происходит за поворотом. Изображение и звук вместе помогали понимать пространство, а на знакомой карте такой сигнал особенно быстро вызывал нужную реакцию.

Это объясняет, почему музыку, эффекты и общую звуковую среду вспоминают вместе с геометрией. Их нельзя полностью передать одним скриншотом, но можно увидеть места, с которыми они связывались.

Знакомый угол карты значил больше красивой картинки

Сначала уровень был чужим. Потом появлялись знакомые маршруты: здесь лучше не задерживаться, туда ведёт короткий переход, за этим углом противника видно раньше. Именно знание пространства превращало игру в навык, который не сводится к скорости нажатия кнопок.

Сейчас полигональные фигуры Quake выглядят угловатыми, а поверхности — простыми. Но хороший проход, понятный ориентир и напряжённая встреча по-прежнему работают. Для того вечера у компьютера важнее всего было не число полигонов, а то, что за следующей дверью снова происходило что-то, на что нужно успеть ответить.