Kinder Surprise из 90-х и нулевых: бегемотики, жёлтые капсулы и радость новой игрушки

Что лежит в жёлтой капсуле

Киндер-сюрприз трудно было спокойно донести до дома. Яйцо уже лежит в ладони, фольга чуть шуршит, а внутри что-то перекатывается. Шоколад можно представить заранее. С игрушкой всё интереснее: вдруг сегодня попадётся именно та, которой не хватает?

У кого-то киндер появлялся к празднику, кому-то его покупали после похода в магазин, кто-то получал от бабушки, которая заходила в гости и доставала из сумки маленький гостинец. Подарок помещался в кармане взрослой куртки. Зато вокруг его открытия быстро собирались все заинтересованные.

Надо было подцепить край фольги, стараясь не смять яйцо раньше времени. Потом разделить шоколадные половинки или просто отломить кусочек. Под коричневой скорлупой появлялся светлый внутренний слой, а за ним — пластмассовая капсула. Вот теперь можно было торопиться по-настоящему.

Вспомните эту короткую паузу перед открытием. Одной рукой держишь яйцо, другой ищешь, куда положить шоколад. Фольгу расправляешь прямо на столе: на неё удобно высыпать детали. Если капсула тугая, зовёшь взрослого. И тут особенно важно, чтобы он только открыл её, а первым заглянуть внутрь разрешил тебе.

Для ребёнка, выросшего в девяностые или нулевые, знакомыми могли стать разные игрушки. Одни прежде всего вспомнят синих бегемотиков. Другие — крокодилов, акул, сборные машинки или фигурку, которой уже не могут подобрать название. На фотографиях этой статьи можно поискать свою.

Откуда взялось шоколадное яйцо с игрушкой

Kinder Surprise появился в 1974 году. По истории Ferrero, идею подсказала итальянская пасхальная традиция: шоколадное яйцо с подарком внутри. Микеле Ферреро захотел, чтобы такое удовольствие было доступно круглый год. Так появился небольшой сюрприз, для которого не требовалось ждать Пасхи. [1]

В 1995 году Ferrero официально вышла на российский рынок, представив в том числе Kinder Сюрприз. [2]

Киндер хорошо вписывался в формат маленького гостинца. Его не надо было заворачивать в подарочную бумагу: упаковка уже обещала сюрприз. И взрослому не приходилось заранее разбираться, какой персонаж нужен ребёнку. Правда, для юного коллекционера разница между двумя яйцами могла казаться огромной: в одном наверняка жил нужный бегемот, в другом — очередная машинка. Проверить это до открытия не получалось.

В юбилейном материале Ferrero отдельно вспоминает металлические фигурки семидесятых, игрушки с пружинными механизмами восьмидесятых и раскрашенных вручную персонажей девяностых. [1] Поэтому в старой коробке могут лежать совсем разные вещи. Фигурка животного, крохотный автомобиль и сборная конструкция вполне могли прийти из одного и того же шоколадного яйца.

На музейной фотографии сохранились даже упаковка и бумажные вкладыши. Знакомую капсулу узнаёшь сразу, а о том, как выглядела фольга и сколько бумаги находилось внутри, можно было успеть забыть.

Знакомые синие бегемотики

Посмотрите на обложку. В центре стоят маленькие голубые бегемоты: у каждого своя поза, занятие и выражение мордочки. Один держит что-то в руках, другой устроился отдыхать, третий словно застигнут посреди собственного важного дела. Именно такие различия и заставляли рассматривать фигурку со всех сторон.

В детстве её редко описывали полным названием коллекции. Говорили проще: бегемотик с таким-то предметом, тот смешной, которого показывал друг, или вот этот, который уже есть. Для домашнего собрания такого имени хватало. Ты прекрасно знал, кого имеешь в виду.

Маленькая готовая фигурка давала особое удовольствие: её можно было сразу поставить к остальным. Ничего не потеряешь при сборке, не надо наклеивать крошечные глаза. Достаёшь из капсулы, поворачиваешь в пальцах и уже выбираешь место в ряду.

Конечно, готовая игрушка нравилась не всем больше сборной. Кто-то ждал машинку, а получив животное, сразу думал об обмене. Но для любителя фигурок решающим был первый взгляд внутрь: там целый персонаж! И если он новый, настроение становилось совсем другим.

У старых фигурок интересно разглядывать краску. Глаза, улыбка, одежда и маленький предмет в лапах занимают буквально несколько миллиметров. На увеличенном снимке видно то, что ребёнок замечал, поднося игрушку почти к носу. А ещё становится понятно, почему потёртая любимая фигурка могла выглядеть гораздо менее нарядной, чем соседняя, которую берегли для коллекции.

Крокодилы и прочие соседи

Крокодилы из шоколадных яиц умели заниматься неожиданными делами. Одевались, читали, держали предметы, отдыхали и принимали такие позы, что маленькая фигурка сразу получала характер. На фотографии ниже их целая компания. Можно долго рассматривать, кто чем занят.

Животное оставалось узнаваемым, но вело себя почти как человек. Рядом с учебником или стаканом с карандашами такая компания выглядела вполне уместно. Стоило расставить игрушки на столе, и уже хотелось придумывать, кто к кому пришёл, кто опоздал и кто сейчас главный.

В одной коробке обычно мирно соседствовали герои разных размеров и стилей. Крокодил мог стоять рядом с львом в одежде, пингвином и акулой. Если цель была собрать именно серию, посторонних отодвигали в сторону. Если хотелось играть, все подходили: места в придуманной истории хватало.

У акул на обложке хорошо видны разные позы и аксессуары. А музейный экземпляр ниже устроен иначе. Это голубая акула на колёсах; в описании Auckland Museum указано, что при движении её нос немного перемещается. Такие игрушки коллекционировали и в начале девяностых: этот экземпляр входит в собрание предметов, собранных в 1992–1994 годах. [3]

Размер позволял построить для неё дорогу буквально из нескольких вещей. Край тетради становился спуском, линейка — мостом, пенал — гаражом, хотя для акулы гараж, конечно, занятие необычное. У маленькой игрушки быстро появлялась большая территория.

Если попалась сборная игрушка

Капсула открывается, а внутри нет готового зверя. Вместо него лежат несколько пластмассовых деталей, бумажная инструкция и иногда наклейки. Первая задача — не потерять ничего, пока разберёшься, что это вообще такое.

Надёжнее всего было высыпать содержимое на стол. На диване маленькая ось или колесо исчезали слишком ловко. Поднять подушку, посмотреть в складке, позвать кого-нибудь с фонариком — и всё из-за детали, которую минуту назад почти не замечал.

У сборной машинки интерес начинался ещё до первой поездки. Нужно было понять, где перед, как защёлкнуть кузов и почему колесо никак не хочет вставать на место. Иногда инструкция всё объясняла одним рисунком. Иногда приходилось поворачивать деталь так и эдак, пока она наконец не подходила.

Особое испытание — наклейки. Они маленькие, липнут к пальцам, а поставить их хотелось ровно. Кривое окно можно было не заметить во время игры, но на свежесобранной машинке оно сразу бросалось в глаза. Исправление часто требовало помощи человека с более спокойными руками.

Сборная игрушка не обязана была оказаться машинкой. В капсуле могли лежать части персонажа, небольшой механизм или предмет, устройство которого выяснялось только после сборки. В этом и был отдельный интерес: сначала разбираешься с пластмассовыми кусочками, а потом вдруг получается понятная вещь.

На снимке 2010 года хорошо виден знакомый масштаб: маленькие зелёные детали возле руки. Их действительно удобно собирать пальцами на столе. После сборки оставалось ещё раз свериться с картинкой и попробовать, работает ли всё так, как задумано.

Игрушки с маленькими механизмами

Фигурку можно было поставить на полку. Машинку хотелось покатить. А некоторые игрушки сразу вызывали вопрос: как она это делает?

Там не было большого пространства для механизма. Всё должно было поместиться в капсулу, а потом ещё удобно собраться. Поэтому особенно забавно обнаружить движение там, где сначала видишь всего лишь кусочек пластмассы: поворачивается деталь, качается голова, неожиданно отскакивает маленький мяч.

На фотографии 2006 года показана игрушка с футбольным мячом. Автор снимка описывает её работу: магниты в основании фигурки и в мяче отталкиваются, поэтому при приближении игрока мяч отскакивает, словно после удара. Здесь удовольствие легко понять даже без футбольной команды. Подвинул игрока, увидел результат, попробовал ещё раз.

Такие маленькие фокусы хотелось показать кому-нибудь рядом. Взрослый уже собрал игрушку и собирается уходить, а его задерживают: подожди, посмотри ещё вот это. Минуту назад на столе лежали детали, теперь появилось собственное развлечение.

На более позднем снимке открытого яйца хорошо видны шоколадные половинки и капсула между ними. До игрушки остаётся одно движение. В детском представлении всё это умещалось в одном слове «киндер». Но занимались с ним долго именно потому, что действия всё время менялись: открыть, узнать, собрать, попробовать.

Маленькая бумажка с большой коллекцией

Бумажный вкладыш приходилось расправлять. Он был сложен так компактно, что первые секунды трудно понять, где начало. Зато когда на нём появлялся ряд персонажей, становилось ясно, сколько интересного ещё не попалось.

Вкладыш помогал сравнивать. Вот этот уже стоит дома. Этого показывал приятель. А такого ещё не видел — хочется рассмотреть поближе. Даже если никто не ставил себе задачу собрать полный набор, картинка делала одиночную игрушку частью компании.

На музейном фото выше виден вкладыш с динозавром. Такая бумажка давала и образ игрушки, и подсказку, как с ней обращаться. Для ребёнка это был понятный маленький документ: можно свериться с изображением и проверить результат сборки.

У инструкций была своя бытовая судьба. Одни сразу отправлялись в мусор вместе с фольгой. Другие складывали обратно и хранили возле фигурок. Иногда бумага требовалась спустя время: игрушку разобрали, забыли порядок, и теперь надо снова найти схему.

Сами рисунки заслуживают отдельного внимания. На маленьком листке помещались детали, направление соединения, готовая игрушка и предупреждения. Неудивительно, что взрослого иногда просили прочитать или объяснить, хотя главное старались собрать самостоятельно.

Повторка тоже могла пригодиться

Самое досадное открытие: игрушка уже есть. Ты только что освободил капсулу, приготовился обрадоваться, а из неё смотрит знакомая мордочка. В голове сразу появляется лицо человека, которому она может понадобиться.

Обмен начинался с простого показа. У тебя вот этот, у меня другой; давай посмотрим. Важны были и состояние игрушки, и недостающие части, и то, насколько хочется именно её. Одному нужен определённый персонаж, другой просто любит машинки. Поэтому удачный обмен не всегда совпадал с порядком героев на вкладыше.

Готовую фигурку легко было унести в кармане. Со сборной приходилось быть осторожнее: лучше захватить капсулу, чтобы детали не разошлись по дороге. Дома покупку или обмен сразу показывали своим. Новая игрушка могла появиться без нового яйца — для коллекции это было отличной новостью.

На фотографии 2019 года ребёнок держит маленькую машинку из Kinder Surprise. Снимок поздний, но в нём хорошо видно, как такую игрушку показывают: между пальцами, совсем близко к собеседнику. Когда вещь настолько мала, разговор о ней тоже собирается в небольшом кругу.

А повторку можно было оставить себе. Одну фигурку берегли, с другой играли. Две одинаковые машинки устраивали гонку. Два похожих персонажа внезапно становились братьями. Ребёнок довольно быстро находил занятие даже тому сюрпризу, который поначалу разочаровал.

Жёлтая капсула была отдельной игрушкой

После шоколада и сборки капсула оставалась на столе. Выбрасывать удобную маленькую коробочку жалко: туда ведь ещё что-нибудь помещается.

Она годилась для деталей, мелких наклеек или случайной находки, которую хотелось донести домой. В ней можно было держать разобранную машинку. Несколько капсул легко превращались в склад, а фигурки получали собственные контейнеры для переезда на другой конец комнаты.

Большая коллекция не обязательно жила в красивой витрине. Подходила коробка из-под обуви, жестяная банка, ящик стола. Когда высыпали содержимое, рядом оказывались целые фигурки, отдельные колёса и детали неизвестного назначения. Хорошо было иметь хотя бы несколько капсул, чтобы рассортировать всё это хозяйство.

На фотографии 2019 года яйца стоят в торговой выкладке. Для покупателя все похожи, а внутри каждого скрывается свой набор. В этом простом устройстве и держался интерес: выбирать приходилось по одинаковой оболочке, а результат узнавал только после открытия.

В детстве можно было всерьёз надеяться угадать содержимое по звуку. Встряхнуть осторожно, послушать, сравнить с другим. Но по стуку детали нельзя надёжно определить конкретного персонажа. Всё равно наступал момент, когда приходилось просто выбрать яйцо и ждать.

Какую игрушку вы искали первой

Если посмотреть на коллекцию ещё раз, хочется искать не самую красивую фигурку, а знакомую. Ту, которая стояла на твоём столе. Или ту, которую давно хотел получить, но она всё время попадалась кому-нибудь другому.

Для одних это бегемотик, для других крокодил, для третьих машинка с неудобным крошечным колесом. А кто-то лучше всего вспомнит, как взрослый открывал тугую капсулу и сразу отдавал её обратно: смотри, что тебе досталось.

Другие маленькие и большие игрушки той поры собраны в нашей статье «Игрушки нашего детства. 80е, 90е, 2000е.». А в подборке «75 незабываемых игрушек из 90-х для мальчиков и девочек» можно найти знакомых соседей по детской комнате.

Какого персонажа вам больше всего хотелось получить из киндера? И кто попадался так часто, что его уже можно было раздавать знакомым?